20:40 

Я уже с третьим постом за сегодня, прастити

Once was a boy named Harry
it's only flesh
На фанфиксе окончился первый тур мультифандомного конкурса. Я написала дарковую погремуху про не самого любимого персонажа, попала в середину группы и каким-то волшебным образом прошла во второй раунд.
А ведь изначально шла, чтобы писать по другому фандому и слэш.

Название: Куб
Фандом: Доктор Кто (ньюскул)
Автор: Once was a boy named Harry
Размер: мини, 1,5к слов
Пейринг/Персонажи: Роза Тайлер, Десятый
Категория: джен
Жанр: драма, дарк
Рейтинг: R
Краткое содержание: Десятый и Роза гуляли по парку развлечений Нью-Нью-Йорка. Потом кое-что случилось
Предупреждения: беспощадная жестокость, смерть персонажа, AU
От автора: написано на конкурс "К неизведанным приключениям" (ПФ), тур первый. Группа #5. Тема: Полет в пропасть. События: Философские размышления, Привидения.
Ссылка:собственно ПФ

Этот парк развлечений сильно отличался от тех, которые она посещала на Земле. Было больше виртуальных игр, практически полностью отсутствовали хоть какие-то горки и тиры — о, как Роза скучала по возможности пострелять по воздушным шарикам! — да и еда ничем не напоминала ту, знакомую и любимую. Ни картошки фри, ни сахарной ваты, ни кока-колы.

Во всем этом было что-то неуловимо печальное.

— Эй, ты в порядке? — Доктор улыбнулся. — Выглядишь озабоченной. Неужели тебе здесь не нравится?

— Что ты, нравится, еще как! — заверила его Роза, улыбнувшись в ответ. — Просто тут все другое. Никак не могу привыкнуть к этому ощущению... Кажется даже, будто происходящее — сон, так все нереально, хотя и здорово.

— Ну, в этом нет ничего плохого, знаешь ли, — Доктор замолчал на минутку, а потом на его лице появилось такое выражение, будто бы он придумал какую-то невероятную штуку. — О, есть идея! Покажу тебе вселеннариум — это как океанариум, только больше, гораздо больше, только представь! Ты пока постой в очереди — вон, смотри, видишь? — а я сбегаю за билетами. Хорошо?

Роза рассмеялась.

— Буду ждать.

Доктор быстро исчез с поля зрения, а Роза, не переставая смотреть по сторонам — очень уж интересные порой попадались посетители в парке, — направилась к той самой очереди.

И все бы было хорошо, если бы по пути она не увидела краем глаза маленький вагончик с приоткрытой дверью, на котором было написано «Чудеса старой Земли». Роза долго стояла рядом, неуверенно рассматривая его — выглядело очень уж подозрительно, — но потом не сдержалась и, закрыв глаза, перешагнула через порог.

Когда дверь захлопнулась, она этого не почувствовала.

Когда Доктор бежал сквозь толпу, выкрикивая ее имя, она этого не услышала.

Когда Роза снова открыла глаза, то ничего не увидела.

— Ау? Есть тут кто? — несмело спросила она, осторожно поднимаясь с непроницаемо черного пола.

Никто не ответил.

«Где я? Ведь только что была в парке, вместе с Доктором».

Шаг в сторону — ладонью она наткнулась на стену, гладкую, без единой выбоины, на ощупь похожую скорее на стекло, чем на камень. Роза пошла вперед, надеясь, что найдет выключатель, или дверь, или окно, или хоть что-нибудь. Конечно, ничего не нашлось, оказалось только, что стена — не просто стена, а комната, из которой не было выхода.

— Доктор? — на выдохе прошептала Роза.

И снова вместо ответа — тишина. Правда, потом вдруг раздался негромкий щелчок, словно кто-то включил телевизор.

Стена напротив Розы постепенно светлела, превращаясь из черной в белую, из просто стены в огромный монитор для невидимого компьютера. Когда белизна стала почти ослепляющей, на экране начали появляться случайные буквы английского алфавита. Они хаотично прыгали по плоскости, то выстраиваясь в слова, то рассыпаясь опять, пока, наконец, не собрались в слегка мерцающую надпись: «Здравствуй, Роза Тайлер».

— Кто ты? Что ты хочешь? — быстро затараторила она, втайне надеясь отвлечь своего похитителя от его настоящей задачи. — Это какая-то шутка, да? И мое имя... Откуда ты его знаешь?

«Я хочу кое-что узнать».

— Что же?

«Достойно ли человечество спасения, Роза Тайлер?»

— Конечно, — она кивнула. — Конечно, достойно. Что за глупые вопросы?

«Я хочу кое-что тебе показать».

— Я не понимаю. Зачем тебе это? Кто ты на самом деле? Эй, я к тебе обращаюсь! — в поисках камер Роза стала осматривать комнату, освещенную теперь светом экрана, но не увидела ничего, кроме пустых черных стен.

Буквы разбежались к краям и тотчас собрались в слова:

«Война. Насилие. Жестокость».

На экране начали появляться фотографии, иногда перемежающиеся видеоматериалами, а на заднем фоне сухой голос диктора читал новости.

Роза смотрела на разорванные гранатами тела, на повешенных и расстрелянных, на обуглившуюся от огня плоть, на жертв экспериментов, на ядерный гриб, расцветающий над Хиросимой...

Щелчок.

Фотография — кто-то вырезал на лбу совсем юного мальчишки звезду перочинным ножом.

Щелчок.

Видеозапись — мужчина в маске перерезал горло пленнику, стоящему на коленях.

Щелчок.

Фотография — волна из огнемета накрыла нескольких человек.

Щелчок.

Видеозапись — из высоких труб валил густой черный дым.

— Хватит! — закричала Роза, чувствуя слезы на щеках.

Каждая картинка будто била ее молнией в самое сердце, отталкивала, заставляя отступать к противоположной стене в поисках несуществующего укрытия.

На экране высветилась новая красная надпись:

«Снафф».

Роза не знала — или не помнила, или не хотела помнить, — значения этого слова, но, стоило ей взглянуть на экран, как нужное определение сразу всплыло в голове.

— Нет, пожалуйста, хватит, — взмолилась она, медленно опускаясь на пол. — Я не могу... Не надо, пожалуйста!

Девушка на экране выглядела невероятно красивой. Дело было даже не во внешности — завораживало скорее то, как она улыбалась и танцевала на камеру.

На фоне играла странная песня про каких-то лошадей.

— Вам нравится? Может, спеть что-нибудь? — спросила она, остановившись.

Роза понимала, что произойдет, понимала, чем все кончится, но продолжала смотреть, рыдая, прижимая колени к груди.

Мужчина в маске набросился на девушку откуда-то слева, схватил за волосы, задрал край белого платья в красный горошек.

— Кто у нас умница? Кто? Конечно же ты, моя дорогая.

Девушка кричала, а мужчина срезал с нее одежду, оставляя на коже глубокие кровоточащие порезы. Она не сопротивлялась — от шока или от того, что кто-то другой угрожал ей пистолетом вне кадра, — почти не двигалась.

Она перестала кричать гораздо, гораздо позже, когда на голове ее оказался пластиковый мешок.

Последний кадр — белые туфельки с каплями крови на них.

Роза свернулась калачиком на полу, в безуспешной попытке не слышать и не видеть этого ужаса. На экране снова вспыхнули красные буквы:

«Люди смотрели на это, смотрят и будут смотреть. Они будут искать, обманывать и обходить запреты, делать все, лишь бы увидеть, как она умирает. Так достойно ли человечество спасения, Роза Тайлер?»

— Достойно...

Новые буквы — новые картинки.

Издевательства над животными. Каннибализм. Ку-клукс-клан. Педофилия.

«Достойно ли человечество спасения, Роза Тайлер?» — наконец, сжалившись, поинтересовался экран.

— Доктор, пожалуйста, — взмолилась она вместо ответа, размазывая по лицу слезы и остатки подводки, — спаси меня...

И он появился, самый настоящий, тот самый, единственный, способный вытащить ее отсюда.

— Беги! — он схватил ее за руку, потянул вверх, а потом вдруг превратился в ничто. Вот так просто, как по щелчку пальцев.

— Доктор! — закричала Роза.

Еще мгновение назад он держал ее ладонь. Он был теплый, живой, решительный, а теперь его не стало.

«Неужели... погиб?»

Роза быстро отогнала от себя эту дикую мысль: в комнате могло случиться все, что угодно. Может быть, Доктора здесь вовсе не было, и его призрак — лишь часть ее кошмара.

«Достойно ли человечество спасения, Роза Тайлер?»

— Всегда, — она нашла в себе силы подняться. — Что бы ты ни показал мне, я всегда скажу, что человечество достойно спасения, идиотская ты железка! Неужели не ясно?!

Если бы у нее было хоть что-то тяжелее кроссовка, то она бы обязательно кинула этим в бессердечный экран.

Буквы исчезли. Из левой стены вышли двое, и Роза мгновенно узнала их.

— Мама! Микки!

Она улыбнулась сквозь слезы, потянулась к ним в надежде, что они пришли за ней, чтобы освободить из рук комнаты-монстра.

Щелчок.

Мама осела на пол, содрогаясь в конвульсиях, а Микки лишился половины головы.

Роза беззвучно закричала, снова падая на колени, цепляясь дрожащими руками за тела дорогих ей людей.

Щелчок.

Тела пропали.

Щелчок.

Мама и Микки выходили вновь из стены — на этот раз правой. На этот раз она взорвалась, как яйцо в микроволновой печи, а в нем прожег огромную дыру красный луч.

Щелчок. Щелчок. Щелчок.

— Я все сделаю. Пожалуйста. Хватит. Не надо. Я не понимаю. Мама... Микки... Хватит! — выла Роза, забившись в угол, но призраки-клоны никуда не уходили, кажется, их становилось все больше и они умирали все чаще.

Буквы на экране медленно-медленно выстроились в новую фразу:

«Достойна ли спасения Роза Тайлер? Роза Тайлер, неспособная защитить хоть кого-нибудь в своей жалкой жизни?»

— Помогите, — в отчаянии пролепетала она. — Помогите... Пожалуйста.

Раздался жуткий грохот. Кто-то схватил Розу за руку, потянул назад, в стену — или за стену. Она попыталась вырваться, боясь теперь всего, предполагая, что это конец, но знакомый голос вернул ее в реальность.

— Я настоящий. Я не исчезну.

И она послушалась, расслабилась, позволила увлечь себя.

Щелчок — последний.

Она вновь оказалась в парке, но на окраине, рядом с искусственным парком, и Доктор был рядом. У его ног валялось странное приспособление из огромных шестеренок и бутылки кока-колы.

— Все хорошо. Все кончено, — сказал он.

— Что это была за комната? — прошептала Роза. — Почему я видела?..

— Кажется, эту штуку называли Кубом, — спешно ответил Доктор. — Он считывает информацию из мозга своей жертвы, заставляет ее видеть разные вещи и, в конце концов, сводит с ума. За счет отрицательных эмоций, испытываемых жертвой, Куб и существовал. Кажется, он был одним из проектов далеков, хотевших доказать вселенной, что эмоции не несут ничего, кроме разрушения, но был утерян во время одной страшной и долгой войны... Хотя не слушай меня, я ни в чем не уверен. Знаю только наверняка, что больше эта большая страшная штука никогда и никому не причинит боли.

Она обняла его — может быть, чуть сильнее, чем он позволил бы ей в иных обстоятельствах, — и заплакала.

Он осторожно обнял ее в ответ.

— Прости меня, Роза, — произнес Доктор. — Как ты себя чувствуешь?

— Не очень, — ответила она, взглянув ему в лицо. — Знаешь, там, внутри Куба, у меня появилось странное чувство... Будто я падаю. И даже сейчас, когда все закончилось, мне кажется, что я падаю.

— Знаю, — у Доктора был такой взгляд, какой встречался Розе только у очень-очень несчастных людей. — Я тоже падал.

— И как ты перестал?

— Я досчитал до двух биллионов с небольшим, — он немного отстранился и ободряюще улыбнулся. — Но тебе не нужно, у тебя все будет хорошо. Да и потом... Видишь ли, падение — это забавная штука: его всегда можно превратить в полет. Полетишь со мной, Роза Тайлер?

Она улыбнулась в ответ и кивнула.

Она могла бы — и хотела, — задать Доктору еще несколько вопросов о Кубе, о его предназначении, о причинах, по которым из всей толпы в парке он выбрал ее, но не стала.

Иногда лучше не знать, не смотреть и не слушать.

Этому ее научил Куб.

@темы: Доктор Кто, джен, фанфик

URL
   

Протестую! Достоевский бессмертен

главная